Брат Генрих вернулся с побережья. Он не говорит, что видел, но его руки содрогаются, и он шепчет молитвы на латыни, которой мы не обучали. Он твердит одно слово: «Dagon». В библиотеке я нашла упоминание в апокрифах. Не стану записывать сюда, что там было. Достаточно сказать, что рыбаки с восточных берегов приносят не только улов. Они приносят шепот. И этот шепот липнет к стенам часовни, как сырость. Сегодня ночью я услышала, как вода капает в коридоре, где нет ни труб, ни окон. Но это была не вода. Звук был гуще. Словно капала плоть.



