Смотритель муниципального кладбища на Холме, мистер Джонас Уэббер, сообщил о тревожной находке. При еженедельной сверке регистрационной книги он обнаружил три новые, аккуратные записи о захоронениях, датированные прошлым месяцем. Однако на указанных участках нет свежих могил, а фамилии, внесенные в книгу, не встречаются ни в городских архивах, ни в церковных метриках. Более того, ни одна похоронная контора города не имеет записей о выдаче свидетельств о смерти на эти имена. Администрация кладбища находится в замешательстве.
Корреспондент нашей газеты посетил кладбище и опросил смотрителя, а также других свидетелей.
Мистер Джонас Уэббер, 63 года, смотритель кладбища на Холме
Мистер Уэббер служит смотрителем вот уже тридцать четыре года. Он знает каждую могилу, каждую трещину в ограде и каждую букву в регистрационной книге.
— Я веду книгу собственной рукой, — говорит он, проводя пальцем по корешку тяжелого кожаного тома. — Каждое захоронение я вношу лично, после осмотра участка и проверки документов. Никто другой не имеет доступа к этой книге. Она хранится в моем кабинете под замком. Вчера утром я сел для плановой сверки. Открыл книгу на странице апреля и увидел три записи, которых раньше не было.
— Вы уверены, что их не было?
— Абсолютно. Я проверяю книгу каждую неделю. Записи выглядят так, будто их сделали моей рукой. Почерк мой. Чернила те же. Даже нажим пера совпадает. Но я их не делал. Я перечитал эти строки раз десять. Фамилии: Харрисон, Блэквуд, Марч. Имена: Эдвард Харрисон, 72 года; Эбигейл Блэквуд, 59 лет; Томас Марч, 44 года. Даты захоронения: 7 апреля, 14 апреля, 22 апреля. Участки: сектор Д, ряд 12, места 3, 4 и 5.
— Вы проверили эти участки?
— Я пошел туда сразу же. Сектор Д, двенадцатый ряд. Я знаю это место. Там пусто. Ни одного холмика, ни одного камня, ни одной таблички. Трава ровная, не потревоженная. Я прошелся вдоль ряда с измерительной лентой. Места 3, 4 и 5 — ровная земля, поросшая клевером. Никто там не похоронен. Никогда.
— Я проверил архивные книги за последние пятьдесят лет. Фамилии Харрисон, Блэквуд и Марч встречаются в старых записях, но последние захоронения с такими именами датируются 1870-ми годами. Эдвард Харрисон был рыбаком, утонул в 1873-м. Эбигейл Блэквуд — учительница, умерла от чахотки в 1868-м. Томас Марч — плотник, пропал без вести в 1876-м. Но это другие люди. Возраст совпадает, имена — да. Но они умерли полвека назад. А записи в книге — свежие, апрельские.
Мистер Сайлас Пендергаст, 71 год, ритуальный агент, сотрудничает с кладбищем сорок лет
Мистер Пендергаст оформляет большинство захоронений на Холме. Он ведет собственный журнал.
— Когда Джонас рассказал мне об этих записях, я поднял свои книги, — говорит Пендергаст. — За апрель у меня зарегистрировано шесть захоронений. Двое — пневмония, один — несчастный случай на фабрике, трое — старость. Никаких Харрисонов, Блэквудов или Марчей. Я лично выписываю все разрешения. Таких фамилий не было. Я позвонил в городской архив. Там сказали, что свидетельства о смерти на эти имена не выдавались. Ни в апреле, ни в мае. Я позвонил в три похоронные конторы. Тот же ответ. Этих людей не существует.
— Вы допускаете ошибку?
— Я старый человек, но память у меня хорошая. Ошибки быть не может. Кто-то внес эти записи в книгу. Но дверь в кабинет Джонаса запирается. Окно закрыто. Следов взлома нет. И главное — почерк. Это его почерк. Я знаю его руку тридцать лет. Это написал он. Но он говорит, что не писал. И я ему верю.
Миссис Элис Карвер, 76 лет, вдова, проживает в доме напротив кладбищенской ограды
Миссис Карвер живет напротив кладбища уже пятьдесят лет. Из ее окон виден главный вход и часть сектора Д.
— Я видела кое-что странное в ночь на 22 апреля, — говорит она, понижая голос. — Около полуночи я проснулась оттого, что собака заскреблась в дверь. Я подошла к окну и выглянула. На кладбище был свет. Не фонарный, а какой-то холодный, зеленоватый, будто светлячки, только большие. Он шел из сектора Д. Я смотрела примерно минуту. Свет двигался между могилами, низко над землей. А потом погас. Я подумала, что это бродяги или мальчишки, и наутро сказала Джонасу. Но он проверил и не нашел никаких следов. Теперь я думаю, что это был не свет.
— Вы верите, что на кладбище происходит нечто необъяснимое?
— Я верю своим глазам. А еще я помню, что старые люди говорили об этом холме. Говорили, что он стоит на пустоте. Что под ним есть пещеры, уходящие глубоко вниз, к самой воде. И что иногда земля принимает тех, кого не принял город. Записывает их имена, даже если тела не вернулись. Я не знаю, правда ли это. Но книга говорит, что они там. А земля говорит, что их нет. И я не знаю, что страшнее.
Администрация кладбища временно опечатала страницу с загадочными записями и передала книгу на экспертизу в Мискатоникский университет. Однако сам мистер Уэббер признался нашему корреспонденту, что не надеется на результаты.
Наша редакция продолжает следить за развитием событий. Мы обращаемся ко всем жителям Аркхэма с просьбой сообщать о любых необычных явлениях, связанных с записями, книгами или документами. В городе, где реальность истончается с каждым днем, бумага может хранить больше тайн, чем мы готовы признать.
